«Решение суда абсурдное и заказное». Ейский депутат Александр Коровайный о своём аресте, поправках в Конституцию и планах на ближайшее будущее

Независимый депутат из Ейска Александр Коровайный поговорил с «Протоколом» о митинге против поправок в Конституцию, за который его недавно арестовали на 10 суток, об аресте и планах на ближайшее будущее. 

 

Что именно произошло на митинге? Было много вопросов относительно согласованности и несогласованности.

— Митинг был согласован с 16:30 до 18:30 часов. С 16:30 организаторы занимались сбором участников, установкой аппаратуры, нанесением разметки для соблюдения социальной дистанции. В 17:30 начали митинг. Примерно через 15 минут прибыла полиция. Организатор митинга Евгений Булгаков показал им согласование. Они сказали, что у них другая информация, что согласование нам отменили. Мы спорили и объясняли, что по закону о митингах отменить ранее согласованный митинг нельзя. А также предложили внимательно почитать письмо, в котором идет ссылка на постановление губернатора, которое ограничивает число участников мероприятий 100 человеками. Они сказали, что закон о митингах не знают, но получили команду незаконное мероприятие пресечь, а разбираться с его законностью будет суд.

  

 

Потом они сказали мне пройти в машину, я спросил: «Для чего?». Они сказали, чтобы проехать в отделение и установить мою личность. Я им показал паспорт, они у меня забрали паспорт и сказали: «Всё равно проедем». Я говорю: «Для чего, если вы по паспорту можете установить мою личность». Они сказали: «Нет, может у вас паспорт  не настоящий». Потом они меня, больше со мной не разговаривая, взяли под руки с двух сторон, начали уводить в сторону машины. Я не сопротивлялся, спокойно шёл уже с ними, продолжал задавать вопросы по пути, но не вырывался, как они это написали в своих рапортах. На видео в принципе видно, что я спокойно иду. Просил разъяснить мне права, повторял это несколько раз, каждый раз они мне говорили: «Садись, садись, садись», так ничего не разъясняя. Затолкнули в машину, ну как затолкнули, они мне нажали на плечо не сильно, как бы направляя меня в машину, я присел, также особо не сопротивляясь. Они не представлялись когда меня вели и задерживали, не было у них нагрудных жетонов. Единственно, руководитель их подразделения, заместитель начальника ОВД, подполковник Заярный.

 

Освобождение Александра Коровайного

 

Это тот самый, который когда-то пытался разгонять сход граждан по улице Шмидта, когда установили незаконный забор, и который пытался пугать людей уголовным делом. С автоматами тогда они пытались людей разгонять, которые сами собрались. Мы не были организаторами. Нас проинформировали, что установили незаконный забор, ограничивающий проход к набережной. Тогда людям грозили, что за порчу забора их привлекут к уголовной ответственности, пытались установить, кто у них там организатор. Люди там разобрали одну из секций, чтобы пройти. Потом там оказалось, что забор не законный. Получилось, что полиция тогда работала на стороне власти и на стороне крупного бизнеса, который у нас тесную связь с властью имеет.

 

Вот этот подполковник вначале, когда я начал с ним спорить и показал ему паспорт, и он забрал, я попросил его: «Вы то мне назовите свою фамилию, чтобы я знал кто забрал мой паспорт». Вот он тогда мне мельком показал своё удостоверение, надеялся что я не увижу, но фамилию я запомнил, Заярный.

 

Почему так долго тебя судили? Заседание должно было начаться утром, но решение вынесли ближе к вечеру.

— Судья не объяснил, почему суд состоялся только после обеда. Действительно, пришёл адвокат и свидетели, им сказали к 9:00 быть. Их не запускали в сам зал, говорили ждать, и они стояли на ступеньках, а там открытое солнце. Всего одного свидетеля допросили, сказали что не имеет смысла больше допрашивать, потому что есть рапорта сотрудников, которые говорят, что правильно протокол составлен, поэтому гражданских свидетелей они не видят смысла допрашивать. Было три протокола. Каждый протокол они рассматривали отдельно, и после каждого выходил в совещательную комнату судья и находился там не 2 минуты, а продолжительное время. Поэтому общее заседание тоже затянулось. Оно началось в 14:00 и закончилось уже вечером, в районе 18:00. Первого свидетеля в 16:00 завели. Её заслушали, после этого судья ушёл на совещание и вернулся в районе 18:00 со своим постановлением.

 

 

Почему тебя отправили отбывать административный арест в Каневскую?

— Причин может быть несколько, во-первых у меня много товарищей в Ейске, и они боялись, что слишком часто ко мне будут приходить. Может быть что то получится передавать, какую-то им информацию по выборам. Скорее всего одна из причин была, что они боялись, что я им испорчу статистику, всё-таки находясь в камерах с людьми. Например в Каневской, человек пятнадцать, после того как я с ними поговорил и разъяснил, по поводу этих поправок, они голосовали против. Все кто со мной сидел, все голосовали против. Может быть не хотели чтобы я им в Ейске портил статистику.

 

 

Чтобы тяжелее мне было проинформировать о том, что происходит, я думаю, что в этом причина, что меня отправили подальше, за 120 км. Думали, может быть, что друзья и коллеги меньше ко мне будут ездить, а они через день ко мне приезжали, привозили покушать, потому что там еда была никакая. Надо отметить что сотрудники себя очень культурно вели, вполне доброжелательно общались и старались, чтобы условия нормальные были, но по еде вопросы есть. Три раза в день перловка, причём если котлета, то она безвкусная, если рыба, что тоже безвкусная, но правда два раза борщ давали вкусный.

 

Ты всё это время был без телефона? Наверное, тяжело без связи, когда за стеной что-то происходит, для тебя важное?

— Да. Я отдал его адвокату, когда мне сказали, что оставят на ночь в отделении. Я когда сидел в ИВС (Изолятор временного содержания — прим. «Протокол») в Ейске мне разрешили позвонить только один раз. Говорили, что по закону положен только один звонок. Я посчитал, что если я его возьму, будет риск, что влезут. Когда я приехал в Каневскую, оказалось, что можно звонить один раз в день по 15 минут. Я пару раз позвонил с чужого телефона.

 

ИВС?

— Да, в Ейске только ИВС. Там держат административных и подследственных.

 

Апелляционная инстанция оставила решение суда в силе. Планируешь ли ты дальше обжаловать это решение?

— Конечно. Решение суда абсурдное и заказное — это для всех здравомыслящих людей очевидно. На видеозаписи видно, что никакого неподчинения не было. Со мной сидели люди по той же самой статье, которые вплоть до мордобития сопротивлялись. И погоны срывали, и что только не делали — сроки значительно меньшие получили. Плюс ещё абсурд с маской. Губернатор отменил масочный режим на улице, оставил только в помещениях различных. Тем не менее, меня наказали. Поэтому, конечно, абсурдные решения нужно обжаловать вплоть до их отмены.

 

 

Планируешь ли ты обжаловать результаты?

— Я думаю, что там, где конкретные нарушения были выявлены, будем обжаловать результаты, напишем заявления в различные органы. У нас несколько таких фактов, которые трудно опровергнуть: повторные выдачи бюллетеней; роспись человека стояла, который ещё не голосовал; люди бюллетени забрали, а в итоговом протоколе сошлись цифры выданных и действительных. Остальное мы просто упустили, конечно. Все должны понимать, что выборы полностью сфальсифицированы. Люди и так понимают, конечно. Большинство.

 

 

Что ты планируешь делать в ближайшее время, к сентябрьским выборам?

— Мы уже с Анастасией (Анастасия Терентьева, помощник депутата Александра Коровайного — прим. «Протокол») обсуждали, что к ближайшим выборам нужно будет поднять всю нашу базу наблюдателей и начать набор новых наблюдателей. Кто-то может быть новый на волне этих фальсификаций захочет пойти понаблюдать. Я думаю, что на губернаторских выборах у нас наблюдение будет мощным. Я думаю, что результат будет похож на настоящий в отличии от нынешнего голосования.