«Это не игра в политику, это жизни людей». Интервью с Мариной Репещук

«Протокол» пообщался с руководителем движения «Транспортная инициатива» Мариной Репещук. В сентябре она планирует стать депутатом городской думы Краснодара. Мы открываем серию интервью с кандидатами-общественниками, которые хотят сделать наш город лучше

Марина, расскажите о своём округе, почему вы решили выдвигаться в депутаты?

Я иду по 30-му избирательному округу. Я свой округ называю «золотой ключик», именно в силу его территориального расположения. Он вытянут и у него есть расширенный верх и у него есть нижняя часть. В зависимости от того, в какой части округа проживают жители, проблемы разные. Вот мы с вами сейчас находимся в той части моего округа, которая находится в Музыкальном микрорайоне. Побывав здесь неоднократно я обратила внимание на абсолютное неверие людей, что можно что-то вообще изменить. То есть у людей глаза тусклые, глаза не горят. Я через это уже проходила тогда, когда мы начинали работать над тем, чтобы сохранить 85-й маршрут. Пустые глаза у людей, полнейшая безнадёга. Люди понимают, что исправить фактически ничего нельзя. И только после того, как мы начали работать, мы поняли, что изменить можно. И, как вы знаете, вопрос ещё не решён, но маршрут до сих пор катается. И это, отчасти, благодаря работе жителей.

Так вот здесь, что самое главное сделать, на мой взгляд? Наладить конструктивное взаимодействие между горожанами, жителями самого микрорайона и властью. Для этого есть ТОСы, для этого есть территориальные центры, но фактически они либо не выполняют свою функцию, либо не наладили нормальную связь. Вот если её сделать, если людей собрать в кучу, где нужно, найти актив и его структурировать и заниматься проблемами района, то за пять лет в районе очень многое можно сделать.

Но у нас нет времени ждать, когда у нас будут выборы. Я и не жду, собственно говоря именно сентября. Мы работаем над этим округом сейчас. Почему? Потому что к тому времени, когда мы дойдём до голосования, поздно будет уже, потому что генеральный план уже будет существовать и в существующем генплане что-либо делать поздно будет.

Какие проблемы волнуют вас, какие проблемы волнуют жителей вашего округа? Я в этом микрорайоне бываю крайне редко. Мы сейчас ехали на такси. Меня поразило, что за окном приличные частные дома, а дороги вообще нет.

Я общаюсь с людьми, которые живут не только в многоквартирных домах. Я общаюсь с людьми, которые живут в этом округе в своих частных домах. Они говорят о том, что самая большая беда — это отсутствие нормальных дорог. У нас, собственно говоря, есть одна магистральная улица — это улица Российская. И поэтому добраться куда-то утром или вечером фактически невозможно. Улица забита, каких-то дублирующих улиц нет, а те улицы, по которым можно было бы хоть как-то объехать, они не асфальтированы и по ним не очень-то удобно ехать. Тем более, когда у нас здесь дожди и когда ливнёвка не должным образом работает, либо её, может быть, где-то вообще нет. Исходя из этого улицы плывут и люди не могут добраться.

Мы вот сейчас думаем, обсуждаем. То ли нам создать несколько некоммерческих объединений. Естественно, их не должно быть много. Исходя по территориям, какие задачи, какие конкретные проблемы стоят перед той или иной территорией, округом. То ли всё это объединить в единую какую-то структуру и над ней работать.

Самое главное, что я сейчас вижу — это именно выстроить грамотную систему взаимосвязей, взаимодействия между организацией города и самими горожанами. Объясню почему. На прошлой неделе мне позвонили и сказали о том, что жители Музыкального микрорайона готовят массовый пикет. Готовят именно потому что они на протяжении более, чем пяти лет, не могут добиться того, чтобы у них здесь была построена школа. Я понимаю людей, они обращались уже дважды в администрацию с документами и им дважды отказывали в проведении пикета. Меня попросили им помочь с этими документами.

Я приезжаю сюда и выясняется, что людям не разрешили пикет именно в силу того, что они по законодательству неправильно всё это сделали. Это одно. Я им говорю, что я им в этом могу помочь. Но когда мы начинаем с ними разбираться, в чём причина того, почему они хотят идти на пикет, я понимаю, что они, с одной стороны, доведены до отчаяния, но с другой стороны они не понимают, как грамотно тот же самый пикет провести. Это элементарно. Они не понимают, что это инструментарий, которым нужно грамотно воспользоваться.

Речь именно о формальной стороне вопроса или о чём-то другом?

И формальной тоже, но главное, нет инфоповода, город не знает, а что же здесь на самом деле с этими школами. Я им говорю: «Вы понимаете, выйдите вы на этот пустырь, где вы хотите школу, а толку? Вас никто всё равно не увидит и не услышит». Я им предлагаю конструктивно: «Давайте мы сделаем так. Давайте мы сначала разберёмся, посмотрим, что там на данный момент по генеральному плану планируют сделать и давайте исходя из того, что предлагает город, пока у нас идёт формирование генерального плана, составим обращение, зарегистрируемся на госуслугах и дружно направим обращения». Эти обращения будут приниматься в течение месяца. И если мы увидим, что в течение месяца администрация не реагирует на запросы горожан, если ей горожане говорят одно, а администрация решает другое, тогда уже, действительно, нужно думать, как действовать и отстаивать свои права.

Ещё с одной стороны здесь были недобросовестные управляющие компании, которые сменяют одна другую. С другой стороны люди настолько недовольны качеством оказываемых услуг, что они где-то однозначно затягивают в том, чтобы эти услуги оплачивать. Опять таки, горожан нужно обучить. Их нужно научить понимать закон. То есть они должны понимать, что есть управляющая компания и они должны с неё потребовать это, это, это и это. По пунктам. Потому что порой у нас управляющие компании, они что делают? Они пользуются безграмотностью горожан. Они пользуются тем, что люди просто напросто не знают, что по закону за те деньги, которые они платят, управляющие компании им должны, а что не должны. Я думаю, что если людей научить и, опять таки, создать какие-то структуры, то ситуацию здесь можно менять.

Есть какие-то конкретные примеры, чтобы было понятней?

Управляющая компания того дома, от которого мы с вами только что отошли. Жена директора этой управляющей компании, Сластёнова, она сейчас по посёлку Российскому собирается идти в депутаты от «Единой России» и она говорит: «Да вот мы с управляющей компанией вам сделаем то, то, то». Что говорят жители посёлка Российского? Они говорят: «О, слушайте. Да они же тут, они же управляют нашими домами. Давайте другим скажем, чтобы уходили из своих УК и приходили в одну УК. Давайте объединимся, эта УК будет править, жена директора этой УК будет депутатом и это такой дуэт получится. Да они тут вместе создадут нам счастье, они всё заасфальтируют, они всё сделают». Они не понимают, что сделают они это, к примеру, в Российском на несколько домов. Но, они решат проблемы всего округа? Они решат проблемы все проблемы посёлка Российского только за счёт финансов этой УК? Нет. А может быть стоит задуматься, вдруг это идёт игра на публику? Может быть те задачи, которые стоят перед этой УК, она и так должна по закону делать?

Понятно. Давайте к вашей любимой теме, к транспортной. Что здесь с транспортом вообще происходит?

Смотрите, возвращаясь немного назад, к школам. Да, здесь огромная проблема, что здесь нет школ. И самое страшное, что детей сейчас направляют далеко. Ездят они вплоть до сотой школы. И, что самое главное, на что жалуются жители, что нет школьных автобусов, которые бы детей увозили в эти школы. Теперь смотрим, как дети ездят в школы? Они ездят по улице Российской. На улице Российской есть только один маршрут, который принадлежит КТТУ — 96-й. Больше нет. Получается, что дети, чтобы добраться в школы, лишены возможности воспользоваться льготами по-закону, они лишены возможности ездить с помощью проездных. Значит, нужно как-то задумываться над тем, а что же вообще делать тысячам семей, которые живут в Музыкальном микрорайоне? Люди вынуждены детей отправлять очень далеко, с одной стороны. С другой стороны они вынуждены на 100% оплачивать проезд своих детей, потому что нет льгот.

Я сейчас перехожу к чему? Работа депутата на мой взгляд делится на две части: с одной стороны депутат должен понимать, какие проблемы есть у него в районе; с другой стороны депутат должен понимать общегородские проблемы и работать на то, чтобы они решались. То есть, если бы у нас было билетное меню, если бы у нас была система повременных проездных, то даже если бы у ребёнка не было льготы, даже воспользовавшись системой проездных, он в любом случае где-то с пересадкой, где-то как-то ещё, смог бы всегда доехать за меньшую сумму.

Вы собираетесь как-то взаимодействовать с другими кандидатами для решения проблем вашего округа?

Улица Домбайская. Это моя территория. С одной стороны её не могут отремонтировать, потому что частично земля под дорогой принадлежит частникам. И пока город не выкупит эту землю, там никакого ремонта не будет. Это с одной стороны. С другой стороны, на улице Домбайской нет зелёной зоны. По генплану её сейчас выделили, но она находится в 30-м округе. Соответственно, что нужно делать депутату 31-го округа? Ему однозначно нужно работать в дуэте с депутатом 30-го округа, чтобы там зелёная зона эта была.

Мы сейчас направим предложение по поводу зелёной зоны на Домбайской, хотя она не находится в 31-м округе. Направим потому что Домбайской нужна зелёная зона. Я когда-то вносила предложение по поводу зелёных зон. Тогда эти зоны были внесены в генплан, но когда я зашла в последнюю версию генплана, узнала, что там их очень сильно урезали. Есть такая территория, которая раздроблена: под спортивные сооружения, под зелёную зону и так далее. Смысл всё это дробить? Не проще ли тогда эту территорию объединить и сделать хорошую зелёную зону, куда могли бы приходить отдыхать и жители Домбайской, и жители Восточно-Кругликовской, жители ближайшего микрорайона. Вот, я вам говорю то, что не всегда все проблемы, которые связаны с нашим округом, они могут решаться не только на нашей территории, приходится залезать и на другую. Я на свой округ в данном случае работаю. Я вношу предложения в генплан, потому что я понимаю, что иначе нельзя.

Сейчас этап сбора подписей?

Дело в том, что я буду выдвигаться от партии, поэтому я вот этот этап миновала. Естественно, ко мне возникает много вопросов: почему идёте именно от партии, почему от КПРФ? Объясню. Я никогда не была человеком, который сидел ровно на пятой точке. В 25 лет я уже была одним из руководителей и организатором забастовки учителей в другом городе. Потом я подавала в суд и следом за мной половина коллектива. Мы этот суд выиграли, забастовка была успешной. Опыт борьбы у меня есть. Опыт борьбы за интересы простых людей — это когда вынуждено, а не тогда, когда просто хочется повоевать.

Я долгие годы была вне какого-то общественного поля города Краснодара, хотя живу здесь более двадцати лет. Моё применение, как общественника было, но только в других местах. В своём крае я никогда не пиарилась. Даже когда ко мне иностранцы приезжали и мы ездили на моря, мы просто брали пакеты и очищали наше побережье, но как-то нигде не рассказывали. Сейчас я понимаю, что об этом надо говорить. Тогда это было тихо-мирно.

Когда я из-за того, что разрушали троллейбусную линию на улице Красной, вошла в это поле общественной деятельности в городе Краснодаре, тогда мне стали говорить: «Тебе, Марина, нужно идти на выборы, потому что ты действуешь быстро и результативно». Я не люблю сидеть и думать, я не люблю раскачиваться. Вы же видите, как работает «Транспортная инициатива»? За год мы сделали много. У меня сейчас две больших задачи. Во-первых, нужно руководить моим движением, а у нас работы очень много и мы вынуждены захватить край, потому что если идёт монополизация рынка, она захватывает край. Если бы сейчас не было нашей работы в Ейске, то нам бы это аукнулось потом в Краснодаре. А с другой стороны, мне нужно работать на округе. И это тоже большая работа. Это не игра в политику, это жизни людей.

Поэтому мне проще, если за моей спиной будут те люди, которые будут меня поддерживать. Вот, теперь мы дошли. Смотрите. Когда мы начинали нашу общественную деятельность, кто стал чётко за спиной и без каких-то условий, без торга — это коммунисты. Потому что когда я обращалась, допустим, к «Помоги городу» и говорила: «Ребята, помогите, поддержите», нас не всегда поддерживали. Объясняли как нам? Нам объясняли так: «Вы не набрали ещё политического веса. Вот, извините, вы когда поработаете, как мы, пять лет и тогда мы вас послушаем». Простите меня, что же пять лет ждать, нарабатывать что-то, если мы сейчас видим проблемы, если мы их решаем?

Коммунисты стали делать по-другому. Они с конца мая как включились, они так реально и работают. Причём мы не занимаемся с ними идеологией, потому что идеология — это уже общероссийского какого-то плана работа. У нас есть конкретные городские проблемы. Я постоянно слышу вопросы о Ленине и Сталине. Нет у нас времени с коммунистами обсуждать все эти проблемы. У нас есть именно городские проблемы, над которыми мы работаем и у нас это хорошо получается.

Представители других партий не пытались с вами контактировать?

Что получилось с другими партиями? Вот тут получилось гораздо интересней. Почему? Я не буду называть этих людей. Стали мне поступать предложения ближе к концу весны 2020-го года. Мне стали поступать предложения: «Вот, Марина. Вы же по своей сути демократ, как это так вы идёте с коммунистами? Давайте с нами». Я говорю: «Вы знаете, я человек верный. Я не предаю людей. Вот если они не стали смотреть на мой политический вес, если они увидели, что я работаю, пришли и сразу стали помогать, то я в этих людей верю. А вы за мной наблюдали со стороны, а теперь пришли и говорите, Марина, давайте от нас будете выдвигаться? Слушайте, я понимаю, что вы демократы. Но друзья мои, если вы хотели мне помочь, если вы хотели поучаствовать во всём этом, вы бы подключились. Если не год назад, то хотя бы полгода». А так, когда мне говорят: «Смотрите, если что, мы вас поддержим и так далее». Соловья баснями не кормят.

Именно поэтому мой выбор именно в плане политической партии, которая меня будет поддерживать, он определялся именно тем, что коммунисты пришли с самого начала и стали помогать.

Конфликтов с коммунистами у вас не было?

Сказать, что у нас с ними абсолютно безоблачные взаимоотношения, я вас умоляю. Конечно, у нас бывают очень серьёзные, особенно на начальном этапе, на берегу, когда мы договаривались, у нас были очень жёсткие споры. Особенно после выборов в Крыму, куда я ездила как наблюдатель. Я посмотрела, как они работают. Очень жёсткий разговор был. Я сказала: «Ребята, вы же рядитесь под своих, в отличии от „Единой России“. И простите меня, если они — козлы, а вы рядитесь под своих, но ведёте себя таким же образом, вы тогда кто?». На собрании, где мы обсуждали итоги, кто-то сказал: «Мы козлы вдвойне». Я говорю: «Да, обижайтесь на меня, не обижайтесь, но получается так».

И вот теперь представьте себе, что было бы в той же самой «Единой России», приди я туда и скажи вот так. Простите меня, обо мне на следующий день бы забыли, отвернулись бы, обиделись бы, а коммунисты не обижаются. Мы проговорили и я сказала им всё, что я о таких действиях думаю. Я сказала, что если действия партии будут вот такого же плана, если они не учтут те ошибки, которые я обозначила, если у нас будет такое же взаимодействие, если у нас не будет налажено нормальное взаимодействие, то ни о какой дружбе речи быть не может. Дружбе, я имею ввиду, в общественном поле.

Услышали, поняли, состоялся серьёзный разговор. Причём не один раз. Но вот, после этого, естественно, я иду с коммунистами. Вот и всё.

С городскими властями как диалог сейчас строится или его нет совсем?

Очень сложно. Вот смотрите. У нас есть глава Прикубанского округа, Журавлёв. Вот я пришла, допустим, на встречу с ним и обозначила те проблемы, которые меня волновали локально. Если Журавлёв что-то сказал, то реально он добивается того, чтобы его подчинённые это делали.

Что касается Калининского района, в котором я нахожусь, здесь у меня очень много вопросов. Там есть чиновники, с которыми более-менее работаешь, но в целом настрой меня поражает. Когда я пришла на публичную встречу с Первышовым в Музыкальном микрорайоне, сзади ко мне подсела чиновница, которая работает в Калининской администрации, и прошептала: «Руку не поднимать, Первышову вопросы не задавать, сидеть тихо». Простите меня, а я сюда для чего пришла? Чтобы тихо-мирно сидеть?

Взаимодействие сложное. У нас нельзя всю администрацию загонять под одну гребёнку. У нас есть те люди, которые там реально работают и которые хотят что-то изменить и в то же самое время есть те люди, которым, по моему впечатлению, самое важное там отсидеть, свою зарплату получить и уйти. Вот я считаю, что такие люди, если их самая главная задача — получить за счёт налогоплательщиков деньги и жить себе спокойно, такие люди должны уходить.

Какая, по-вашему, главная проблема сознательных горожан-общественников?

Самое главное, что мы не организованы и мы не умеем доводить дела до конца. То есть даже если человек пожаловался куда-то в органы защиты, в прокуратуру, он получает первичный ответ, где его посылают по известному адресу и человек уже думает: «Ну всё, у меня ничего не получается». И он складывает лапки и ничего дальше не делает.

Нам нужно научиться доводить это всё до конца, когда власти нас не слышат. Не услышали один раз — идём выше, не услышали выше, идём ещё выше. Иначе всю эту бюрократию не преодолеть. С другой стороны, если мы работаем с правоохранительными органами, когда выявляются какие-то нарушения и чиновники получают какие-то взыскания, какие-то наказания, они и работать вынуждены лучше.

Последнее голосование показало, как они всё это могут организовывать. Явно же будет какое-то противодействие. Как вы думаете, чего можно ожидать в ближайшее время и на самих выборах?

Я же человек откровенный, говорю как есть. Все это прекрасно знают, у нас есть торг и определённая договорённость. У нас есть определённые фамилии, которые утверждены администрацией города. И, соответственно, какой список у нас будет утверждён нашими чиновниками, исходя из этого и будет решено, кого не впускать, а кого пропустить.

Тем кандидатам, которые не утверждены администрацией… Заместитель Первышова Косенко меня, насколько я знаю, категорически видеть не хочет в городской думе и я прекрасно понимаю, почему. Если человека не снимают за какую-то точку, запятую, а это будут делать, вот если человек пройдёт этот фильтр, каким образом мы можем помочь этому кандидату получить мандат?

Я думаю, что самое главное — это система наблюдения на выборах. То есть, здесь как можно больше должно быть наблюдателей. Мы должны не просто закрыть все участковые комиссии, мы должны сделать так, чтобы в каждой комиссии было несколько наблюдателей. Только система общественного контроля может эту ситуацию как-то переломить. Поэтому я призываю, я приглашаю горожан. Я понимаю, что это время на обучение, я понимаю, что это тяжёлая нагрузка будет именно в день голосования, но я прошу подумать о том, что мы делаем это в целом для города.

Вы говорите, что работаете и общаетесь с людьми. Сталкиваетесь ли вы с неприятием, с одобрением? Как всё это выглядит.

По-разному. Естественно, что есть люди, которые говорят: «Да, вот вы туда идёте, потому что хотите высокие зарплаты получать. Вы придёте туда и забудете про нас, горожан». Я хочу развеять миф. Мне об этом часто говорят, у нас думают, что депутатство — это обязательно какие-то высокие доходы, что это какие-то большие преференции. Я хочу развеять здесь миф и объяснить горожанам, чтобы поняли, что доходы рядовых депутатов гордумы от депутатской деятельности назвать доходами будет просто нереально. В лучшем случае это будет трата на бензин, если у кого автомобиль, или на общественный транспорт, на котором лично я передвигаюсь. Нужно понимать, что те люди, которые идут в депутаты от народа, они идут ради таких же, как и они. Мы идём ради себя и ради людей, с которыми мы живём.

Ради чего, не получая этого дохода, идут представители строительных компаний, мусороуборочных компаний и так далее? Они идут именно для того, чтобы за счёт мандата отстаивать интересы своего бизнеса. Им так проще, с этим мандатом, добиваться каких-то результатов. Поэтому однозначно нужно идти на выборы — это раз, и второе — нам очень-очень нужны наблюдатели.

А во-вторых, я им напоминаю о том, что достаточно зайти в соцсети и оценить работу нашей группы «Транспортная инициатива» по нашим постам и задуматься: «Если это верхняя часть айсберга того, что они делают, это же какую работу они проводят».

Очень многие настроены позитивно. Сегодня у меня в соседнем округе встреча по поводу школы. Проблема-то общая, не только моего округа. Завтра у меня здесь ещё встреча с людьми. Позавчера у меня была встреча с жителями в районе Домбайской и Восточно-Кругликовской. То есть, естественно, каждый день мы работаем. В середине недели у меня встреча на улицах Есенина и Шолохова.

Я спрашиваю людей, какие проблемы их беспокоят. Я рассказываю им то, что я вижу по их району, в целом по нашему Прикубанскому округу и выслушиваю их.

Вот, допустим, мы обсуждаем то, что по улице Российской было бы не плохо выделить полосу под общественный транспорт. Транспорт бы тогда хорошо ездил и, соответственно, люди быстрее бы куда-то добирались. Автомобилисты говорят: «Нет смысла этого делать, потому что мы окажемся запертыми, мы по этой полосе ездить не сможем и этот общественный транспорт, который всё равно не работает». И мне каждый раз пеняют Северной. Помните, на которой вводили выделенку, а потом убирали. Я им говорю: «Так дело в том, что эти выделенные полосы, они не должны быть рваными кусками, это должна быть система выделенных полос в городе, которая позволит общественному транспорту передвигаться быстрее». Я напоминаю про улицу Октябрьскую. Если там сделали всё по уму, она летает.

Иногда приходится развеивать заблуждения. Жители говорят: «Вот, у нас здесь общественного транспорта мало. В сторону Панорамы, например. Нужно ещё добавить». Я им говорю: «Даже если допустить, что департамент транспорта решит туда добавить какие-то единицы общественного транспорта, ничего хорошего из этого не выйдет. Потому что городу это добавит ещё пробок. А вот сделать так, чтобы наш общественный транспорт работал именно с билетным меню и чтобы было тактовое расписание, чтобы транспорт работал по выделенным полосам, тогда, возможно мы решим проблему».

В Музыкальном невозможно сделать какие-то большие зелёные зоны. С другой стороны, однозначно, нужно работать с самими жителями, с управляющими компаниями, с администрацией. Нужно находить какие-то кусочки и их облагораживать, доводить их до ума. Потому что когда этих зелёных участков совсем мало, значит нужно подумать, что с этими крохотными участками что-то делать.